Среда, 19.12.2018, 04:44
Приветствую Вас Гость | RSS
Библиотека Марксизма Ленинизма
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход
Меню сайта
Категории каталога
Выпуск 1-О равенстве. [5]
Выпуск 2-ЗАДАЧИ РЕВОЛЮЦИИ. [6]
Выпуск 3-МАРКСИЗМ [11]
Выпуск 4-О САМООПРЕДЕЛЕНИИ ИНАЦИЙ [11]
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 56
Главная » Статьи » Ленинская Искра » Выпуск 3-МАРКСИЗМ

КАРЛ МАРКС (Продолжение)
В.И. ЛЕНИН

 КАРЛ  МАРКС

(Продолжение)

СОЦИАЛИЗМ

Из предыдущего видно, что неизбежность превращения капиталистического общества в социалистическое Маркс выводит всецело и исключительно из экономического закона движения современного общества. Обобществление труда, в тысячах форм идущее вперед все более и более быстро и проявляющееся за те полвека, которые прошли со смерти Маркса, особенно наглядно в росте крупного производства, картелей, синдикатов и трестов капиталистов, а равно в гигантском возрастании размеров и мощи финансового капитала, — вот главная материальная основа неизбежного наступления социализма. Интеллек­туальным и моральным двигателем, физическим выполнителем этого превращения является воспитываемый са­мим капитализмом пролетариат. Его борьба с буржуазией, проявляясь в различных и все более богатых содержанием формах, неизбежно становится политической борьбой, направленной к завоеванию политической власти проле­тариатом («диктатура пролетариата»). Обобществление производства не может не привести к переходу средств производства в собственность общества, к «экспроприации экспроприаторов». Громадное повышение производитель­ности труда, сокращение рабочего дня, замена остатков, руин мелкого, примитивного, раздробленного производ­ства коллективным усовершенствованным трудом — вот прямые последствия такого перехода. Капитализм окон­чательно разрывает связь земледелия с промышленностью, но в то же время своим высшим развитием он готовит новые элементы этой связи, соединения промышленность с земледелием на почве сознательного приложения науки и комбинации коллективного труда, нового расселения человечества (с уничтожением как деревенской забро­шенности, оторванности от мира, одичалости, так и противоестественного скопления гигантских масс в больших городах).
 
Новая форма семьи, новые условия в положе­нии женщины и в воспитании подрастающих поколений подготовляются высшими формами современного капита­лизма: женский и детский труд, разложение патриар­хальной семьи капитализмом неизбежно приобретают в современном обществе самые ужасные, бедственные и отвратительные формы. Но тем не менее «крупная про­мышленность, отводя решающую роль в общественно-организованном процессе производства, вне сферы домаш­него очага, женщинам, подросткам и детям обоего пола, создает экономическую основу для высшей формы семьи и отношение между полами. Разумеется, одинаково нелепо считать абсолютной христианско-германскую форму семьи, как и форму древнеримскую или древнегреческую или восточную, которые, между прочим, в связи одна с другой образуют единый исторический ряд развития. Очевидно, что составление комбинированного рабочего персонала из лиц обоего пола и различного возраста, будучи в своей стихийной, грубой, капиталистической форме, когда ра­бочий существует для процесса производства, а не процесс производства для рабочего, зачумленным источником гибели и рабства, — при соответствующих условиях неиз­бежно должно превратиться, наоборот, в источник гуман­ного развития» («Капитал», I, конец 13-й главы). Фабричная система показывает нам «зародыши воспитания эпохи будущего, когда для всех детей свыше известного возраста производительный труд будет соединяться с преподава­нием и гимнастикой не только как одно из средств для увеличения общественного производства, но и как единственное средство для производства всесторонне развитых людей» (там же). На ту же историческую почву, не в смысле одного только объяснения прошлого, но и в смысле без­боязненного предвидения будущего и смелой практической деятельности, направленной к его осуществлению, ставит социализм Маркса и вопросы о национальности и о государстве. Нации неизбежный продукт и неизбежная форма буржуазной эпохи общественного развития.�  И  рабочий класс не мог окрепнуть, возмужать, сложиться, не «устраиваясь в пределах нации», не будучи «национален» («хотя совсем не в том смысле, как понимает это буржуазия»). Но развитие капитализма все более и более ломает нацио­нальные перегородки, уничтожает национальную обособ­ленность, ставит на место национальных антагонизмов классовые. В развитых капиталистических странах полной истиной является поэтому, что «рабочие не имеют отечества» и что «соединение усилий» рабочих по крайней мере цивилизованных стран «есть одно из первых условий освобождения пролетариата» («Коммунистический Мани­фест»). Государство, это организованное насилие, возникло неизбежно на известной ступени развития общества, когда общество раскололось на непримиримые классы, когда оно не могло бы существовать без «власти, стоящей якобы над обществом и до известной степени обособившейся от него. Возникая внутри классовых противоречий, государ­ство становится «государством сильнейшего, экономиче­ски господствующего класса, который при его помощи делается и политически господствующим классом и таким путем приобретает новые средства для подчинения и эксплуатации угнетенного класса. Так, античное государ­ство было, прежде всего, государством рабовладельцев для подчинения рабов, феодальное государство — органом дворянства для подчинения крепостных крестьян, а совре­менное представительное государство является орудием эксплуатации наемных рабочих капиталистами» (Энгельс в «Происхождении семьи, частной собственности и госу­дарства», где он излагает свои и Маркса взгляды). Даже самая свободная и прогрессивная форма буржуазного государства, демократическая республика, нисколько не устраняет этого факта, а лишь меняет форму его (связь правительства с биржей, подкупность — прямая и косвен­ная — чиновников и печати и т.д.). Социализм, ведя к уничтожению классов, тем самым ведёт_и к уничтожению государства. «Первый акт, — пишет Энгельс в «Анти-Дюринге», — с�  которым государство выступает действи­тельно как представитель всего общества — экспроприация средств производства в пользу  всего�  общества, — будет в то  же  время  его  последним самостоятельным актом, как государства. Вмешательство государственной власти в�  общественные�  отношения  будет�  становиться  в�  одной области за другой излишним и прекратится само собой. Управление  людьми�  заменится  управлением�  вещами  и регулированием производственного процесса. Государство не будет «отменено», оно отомрет». «Общество, которое организует производство на основе свободных и равных ассоциаций производителей, поставит государственную машину туда, где ей тогда будет место: в музей древно­стей, рядом с веретеном и бронзовым топором» (Энгельс в «Происхождении семьи, частной собственности и госу­дарства»).

��  Наконец, по вопросу об отношении социализма Маркса к мелкому крестьянству, которое останется в эпоху экспроприации экспроприаторов, необходимо указать на заявление Энгельса, выражающего мысли Маркса: «Когда мы овладеем государственной властью, мы не будем и ду­мать о том, чтобы насильственно экспроприировать мелких крестьян (все равно, с вознаграждением или нет), как это мы вынуждены будем сделать с крупными землевладельцами. Наша задача по отношению к мелким крестьянам будет состоять прежде всего в том,  чтобы их частное  производство и частную собственность перевести в товарищескую, но не насильственным путем а посредством примера и предложения общественной помощи для этой цели. И тогда у нас, конечно, будет достаточно средств, чтобы доказать крестьянину все преимущества такого перехода, преимущества, которые и теперь уже должны быть ему разъясняемы» (Энгельс: «К аграрному вопросу на Западе», изд. Алексеевой, стр. 17, рус. пер. с ошиб­ками.)

ТАКТИКА КЛАССОВОЙ БОРЬБЫ ПРОЛЕТАРИАТА

Выяснив еще в 1844—1845гг. один из основных недостатков старого материализма, состоящий в том, что он неумел понять условий и оценить значения революционной практической деятельности. Маркс в течение всей своей жизни, наряду с теоретическими работами, уделял неослабное внимание вопросам тактики классовой борьбы пролетариата. Громадный материал дают в этом отношении все сочинения Маркса и изданная в 1913г. четырехтомная переписка его с Энгельсом в особенности. Материал этот далеко еще не собран, не сведен вместе, не изучен и не разработан. Поэтому мы должны огра­ничиться здесь лишь самыми общими и краткими замеча­ниями, подчеркивая, что без этой стороны материализма Маркс справедливо считал его половинчатым, односторонним, мертвенным. Основную задачу  тактики пролетариата Маркс определял в строгом соответствии со всеми посылками своего материалистически-диалекти­ческого миросозерцания. Лишь объективный учет всей совокупности взаимоотношений всех без исключения клас­сов данного общества, а, след., и учет объективной сту­пени развития этого общества и учет взаимоотношений между ним и другими обществами может служить опорой правильной тактики передового класса. При этом все классы и все страны рассматриваются не в статическом, а в динамическом виде, т. е. не в неподвижном состоянии, а в движении (законы которого вытекают из экономических условий существования каждого класса). Движение в свою очередь рассматривается не только с точки зрения прошлого, но и с точки зрения будущего и притом не в пошлом понимании «эволюционистов», видящих лишь медленные изменения, а диалектически: «20 лет равняются одному дню в великих исторических  развитиях, — писал Маркс  Энгельсу, — хотя впоследствии могут наступить такие дни, в которых сосредоточивается по 20 лет»���������  (т.��  III, с. 127 «Переписки»). На каждой ступени развития, в каждый момент тактика пролетариата должна учиты­вать эту объективно неизбежную диалектику человеческой истории, с одной стороны, используя для развития созна­ния, силы и боевой способности передового класса эпохи политического застоя или черепашьего, так называемого «мирного», развития, а с другой стороны, ведя всю работу этого использования в направлении «конечной цели» движения данного класса и создания в нем способности к практическому решению великих задач в великие дни, «концентрирующие в себе по 20 лет». Два рассуждения Маркса особенно важны в данном вопросе, одно из «Ни­щеты философии» по поводу экономической борьбы и экономических организаций пролетариата, другое из «Ком­мунистического Манифеста» по поводу политических задач его. Первое гласит: «Крупная промышленность скопляет в одном месте массу неизвестных друг другу людей. Конкуренция раскалывает их интересы. Но охрана зара­ботной платы, этот общий интерес по отношению к их хозяину, объединяет их одной общей идеей сопротивления, коалиции... Коалиции, вначале изолированные, формируются в группы, и охрана рабочими их союзов против постоянно объединенного капитала становится для них более необходимой, чем охрана заработной платы...  В этой борьбе — настоящей гражданской войне — объеди­няются и развиваются все элементы для грядущей битвы. Достигши этого пункта, коалиция принимает политический характер». Здесь перед нами программа и тактика эко­номической борьбы и профессионального движения на несколько десятилетий, для всей долгой эпохи подготовки сил пролетариата «для грядущей битвы». С этим надо сопоставить многочисленные указания Маркса и Энгельса на примере английского рабочего движения, как промыш­ленное «процветание» вызывает попытки «купить рабочих» (I, 136, «Переписка с Энгельсом»), отвлечь их от борьбы, как это процветание вообще «деморализует рабочих» (II, 218); как «обуржуазивается» английский пролета­риат — «самая буржуазная из всех наций» (английская) «хочет, видимо, привести дело в конце концов к тому, чтобы рядом с буржуазией иметь буржуазную аристокра­тию и буржуазный пролетариат» (II, 290); как исчезает у него «революционная энергия» (III, 124);  как придется ждать более или менее долгое время «избавления англий­ских рабочих от их кажущегося буржуазного развраще­ния» (III, 127); как недостает английскому рабочему движению «пыла чартистов» (1866; III, 305); как англий­ские вожди рабочих создаются по типу серединки «между радикальным буржуа и рабочим» (о Голиоке, IV, 209); как, в силу монополии Англии и пока эта монополия не лопнет, «ничего не поделаешь с британскими рабочими» (IV, 433). Тактика экономической борьбы в связи с об­щим ходом (и исходом) рабочего движения рассматривается здесь с замечательно широкой, всесторонней, диалекти­ческой, истинно революционной точки зрения.

«Коммунистический Манифест» о тактике политической борьбы выдвинул основное положение марксизма: «ком­мунисты борются во имя ближайших целей и интересов рабочего класса, но в то же время они отстаивают и будущ­ность движения». Во имя этого Маркс в 1848г. поддер­живал в Польше партию «аграрной революции», «ту самую партию, которая вызвала краковское восстание 1846 года». В Германии 1848—4849гг. Маркс поддерживал крайнюю революционную демократию и никогда впоследствии не брал назад сказанного им тогда о тактике. Немецкую буржуазию он рассматривал как элемент, который «с самого начала был склонен к измене народу» (только союз с крестьянством мог бы дать буржуазии цельное осуще­ствление ее задач) «и к компромиссу с коронованными представителями старого общества». Вот данный Марксом итоговый анализ классового положения немецкой бур­жуазии в эпоху буржуазно-демократической революции, анализ, являющийся между прочим образчиком материа­лизма, рассматривающего общество в движении и притом не только с той стороны движения, которая обращена назад;... «без веры в себя, без веры в народ; ворча перед верхами, дрожа перед низами;... напуганная мировой бурей; нигде с энергией, везде с плагиатом;...  без ини­циативы;... окаянный старик, осужденный на то, чтобы в своих старческих интересах руководить первыми поры­вами молодости молодого и здорового народа»... («Новая Рейнская Газета» 1848г., см. «Литературное Наследство», т. III, стр. 212). Около 20 лет спустя  в  письме к Энгельсу (III, 224) Маркс объявлял причиной неуспеха революции 1848г, то, что буржуазия предпочла мир с рабством одной уже перспективе борьбы за свободу. Когда кончилась эпоха революций 1848—1849гг.,  Маркс восстал против всякой игры в революцию (Шаппер—Виллих и борьба с ними), требуя уменья работать в эпоху новой полосы, готовящей якобы-«мирно» новые революции. В каком духе требовал Маркс ведения этой работы, видно из следующей его оценки положения в Германии в наиболее глухое реакционное время в 1856 году: «Все дело в Германии будет зависеть от возможности поддержать пролетарскую революцию каким-либо вторым изданием  крестьянской войны» («Переписка с Энгельсом», II,108). Пока демократическая (буржуазная) революция в Германии была не закончена, все внимание в тактике социа­листического пролетариата Маркс устремлял на развитие демократической энергии крестьянства. Лассаля он счи­тал совершающим «объективно измену рабочему движению на пользу Пруссии» (III, 210) между прочим именно потому, что Лассаль мирволил помещикам и прусскому национализму. «Подло», — писал Энгельс в 1865г., обмениваясь мыслями с Марксом по поводу предстоящего общего выступления их в печати, — «в земледельческой стране нападать от имени промышленных рабочих только на буржуа, забывая о патриархальной «палочной эксплуа­тации» сельских рабочих феодальным дворянством» (III, 217). В период 1864—1870гг., когда подходила к концу эпоха завершения буржуазно-демократической революции в Германии, эпоха борьбы эксплуататорских классов Пруссии и Австрии за тот или иной способ завершения этой революции сверху, Маркс не только осуждал Лассаля, заигрывавшего с Бисмарком, но и поправлял Либкнехта, впадавшего в «австрофильство» и в защиту партикуляризма; Маркс требовал революционной тактики, одинаково беспощадно борющейся и с Бисмарком и с австрофилами, тактики, которая не подлаживалась бы к «побе­дителю�—прусскому юнкеру, а немедленно возобновляла революционную борьбу с ним и на почве, созданной прусскими военными победами («Переписка с Энгельсом», III, 134,136,147,179,204,210, 215, 418,437, 440-441). В знаменитом обращении Интернационала от 9 сентября 1870г. Маркс предупреждал французский пролетариат против несвоевременного восстания, но, когда оно все же наступило (1871г.), Маркс с восторгом приветствовал революционную инициативу масс, «штурмовавших небо» (письмо Маркса к Кугельману). Поражение революцион­ного выступления в этой ситуации, как и во многих других, было, с точки зрения диалектического материа­лизма Маркса, меньшим злом в общем ходе и исходе пролетарской борьбы, чем отказ от занятой позиции, сдача без боя: такая сдача деморализовала бы пролета­риат, подрезала бы его способность к борьбе. Вполне оценивая использование легальных средств борьбы в эпохи политического застоя и господства буржуазной легаль­ности, Маркс в 1877—1878г., после того как издан был исключительный закон против социалистов, резко осуждал «революционную фразу» Моста, но не менее, если не более резко обрушивался на оппортунизм, овладевший тогда на время официальной социал-демократической партией, не проявившей сразу стойкости, твердости, революцион­ности, готовности перейти к нелегальной борьбе в ответ на исключительный закон («Письма Маркса к Энгельсу», IV, 397, 404, 418, 422, 424. Ср. также письма к Зорге).

 

Категория: Выпуск 3-МАРКСИЗМ | Добавил: bml (10.12.2007)
Просмотров: 466 | Комментарии: 1 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Поиск
Друзья сайта























Статистика

Copyright MyCorp © 2018

Бесплатный конструктор сайтов - uCoz