Пятница, 25.05.2018, 19:15
Приветствую Вас Гость | RSS
Библиотека Марксизма Ленинизма
Главная | Каталог статей | Регистрация | Вход
Меню сайта
Категории каталога
Выпуск 1-О равенстве. [5]
Выпуск 2-ЗАДАЧИ РЕВОЛЮЦИИ. [6]
Выпуск 3-МАРКСИЗМ [11]
Выпуск 4-О САМООПРЕДЕЛЕНИИ ИНАЦИЙ [11]
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 56
Главная » Статьи » Ленинская Искра » Выпуск 4-О САМООПРЕДЕЛЕНИИ ИНАЦИЙ

9. ПРОГРАММА 1903 ГОДА
В.И.Ленин
 
О ПРАВЕ НАЦИЙ НА САМООПРЕДЕЛЕНИЕ

 9. ПРОГРАММА 1903 ГОДА

И ЕЕ ЛИКВИДАТОРЫ

Протоколы съезда 1903 года, принимавшего программу российских марксистов, сделались величайшей редкостью, и громадное большинство современных деятелей рабочего движения не знакомо с мотивами отдельных пунктов программы (тем более, что далеко не все из относящейся сюда литературы пользуется благами легальности...). Поэтому остановиться на разборе интересующего нас во­проса на съезде 1903 г. необходимо.

Отметим прежде всего, что, как ни скудна русская социал-демократическая литература, относящаяся к «праву наций на самоопределе­ние», все же из нее совершенно ясно видно, что понималось это право всегда в смысле права на отделение. Гг. Семковские, Либманы и Юркевичи, сомневающиеся в этом, объявляющие § 9 «неясным» и т.п., только по крайнему невежеству или беззаботности толкуют о «неясности». Еще в 1902-м году в «Заре» Плеханов, защищая «право на самоопределение» в проекте программы, писал, что это требование, не обязательное для буржуазных демокра­тов, «обязательно для социал-демократов». «Если бы мы позабыли о нем, или не решились выставить его, — писал Плеханов, — опасаясь затронуть национальные предрас­судки наших соотечественников великорусского племени, то в наших устах стал бы постыдной ложью... клич...: «пролетарии всех стран, соединяйтесь!�».

Это — очень меткая характеристика основного довода за рассматриваемый пункт, настолько меткая, что ее недаром боязливо обходили и обходят «непомнящие род­ства» критики нашей программы. Отказ от данного пун­кта, какими бы мотивами его ни обставляли, на деле означает «постыдную» уступку великорусскому национа­лизму. Почему великорусскому, когда говорится о праве всех наций на самоопределение? Потому, что речь идет об отделении от великоруссов. Интерес соединения про­летариев, интерес их классовой солидарности требуют признания права наций на отделение — вот что признал в цитированных словах Плеханов 12 лет тому назад; вдумавшись в это, наши оппортунисты не сказали бы, вероятно, так много вздору о самоопределении.

На съезде 1903 г., где был утвержден этот, защищавшийся Плехановым, проект программы, главная работа была сосредоточена в программной комиссии. Ее прото­колы, к сожалению, не велись. А именно по данному пункту они были бы особенно интересны, ибо только в комиссии представители польских социал-демократов, Варшавский и Ганецкий, пробовали защищать свои взгляды и оспа­ривать «признание права на самоопределение». Читатель, который пожелал бы сравнить их доводы (изложенные в речи Варшавского и в заявлении его и Ганецкого, стр. 134—136 и 388—390 протоколов) с доводами Розы Лю­ксембург в ее разобранной нами польской статье, увидал бы полное тождество этих доводов.

Как же отнеслась к этим доводам программная ко­миссия II съезда, где против польских марксистов вы­ступал больше всего Плеханов? Над этими доводами жестоко посмеялись! Нелепость предложения российским марксистам выкинуть признание права на самоопределе­ние наций была так ясно и наглядно показана, что поль­ские марксисты даже не решились повторить своих дово­дов на полном собрании съезда/! Они покинули съезд, убедившись в безнадежности своей позиции перед высшим собранием марксистов и великорусских, и еврейских, и грузинских, и армянских.

Этот исторический эпизод имеет, само собою разумеется, очень важное значение для всякого, интересующегося серьезно своей программой. Полный разгром доводов поль­ских марксистов в программной комиссии съезда и отказ их от попытки защищать свои взгляды на собрании съез­да — факт чрезвычайно знаменательный. Роза Люксем­бург недаром «скромно» умолчала об этом в своей статье 1908-го года — слишком уже неприятно, видимо, было вос­поминание о съезде! Умолчала она и о том, до смешного неудачном, предложении «исправить» § 9-ый программы, которое сделали Варшавский и Ганецкий от имени всех польских марксистов в 1903 году и которого не решались (и не решатся) повторять ни Роза Люксембург, ни другие польские социал-демократы.

Но если Роза Люксембург, скрывая свое поражение в 1903-м году, умолчала об этих фактах, то люди, инте­ресующиеся историей своей партии, позаботятся о том, чтобы узнать эти факты и продумать их значение.

 

...«Мы предлагаем — писали друзья Розы Люксембург съезду 1903-го года, уходя с него, —дать следующую формулировку седьмому (теперешнему 9-му) пункту в проекте программы: § 7. Учреждения, гарантирующие полную свободу культурного развития всем нациям, входящим в состав государства» (стр. 390 протоколов).

 

Итак, польские марксисты выступали тогда с взглядами по национальному вопросу настолько неопределенными, что вместо самоопределения предлагали, по сути дела, не что иное, как псевдоним пресловутой «культурно-национальной автономии»!

Это звучит почти невероятно, но это, к сожалению, факт. На самом съезде, хотя на нем было 5 бундовцев с 5 голосами и 3 кавказца с 6 голосами, не считая совеща­тельного голоса у Кострова, не нашлось ни единого голоса за устранение пункта о самоопределении. За добавление к этому пункту «культурно-национальной автономии» высказалось три голоса (за формулу Гольдблата: «создание учреждений, гарантирующих нациям полную сво­боду культурного развития») и четыре голоса за формулу Либера («право на свободу их — наций — культурного развития»).

Теперь, когда появилась русская либеральная партия, партия конституционных-демократов, мы знаем, что в ее программе заменено политическое самоопределение наций «культурным само­определением». Польские друзья Розы Люксембург, сле­довательно, «борясь» с национализмом ППС, делали это с таким успехом, что предлагали марксистскую программу заменить либеральной программой! И они же при этом обвиняли нашу программу в оппортунизме — удивительно ли, что в программной комиссии II съезда это обвинение встречалось только смехом!

В каком смысле понимали «самоопределение» делегаты II съезда, из которых, как мы видели, не нашлось ни одного против «самоопределения наций»?

Об этом свидетельствуют три следующие выдержки из протоколов:

«Мартынов находит, что слову «самоопределение» нельзя придавать широкого толкования; оно значит лишь право нации на обособление в отдельное политическое целое, а отнюдь не областное самоуправление» (стр. 171). Марты­нов был членом программной комиссии, в которой были опровергнуты и осмеяны доводы друзей Розы Люксем­бург. По взглядам своим Мартынов был тогда экономи­стом, ярым противником «Искры», и если бы он выразил мнение, не разделявшееся большинством программной ко­миссии, он был бы, конечно, опровергнут.

Гольдблат, бундовец, взял слово первым, когда на съезде обсуждался, после комиссионной работы, § 8-ой (теперешний 9-ый) программы.

 

«Против «права на самоопределение» — говорил Гольдблат — ничего возразить нельзя. В случае, если какая-либо нация борется за самостоятельность, то противиться этому нельзя. Если Польша не захочет вступить в законный брак с Россиею, то ей не мешать, как выразился тов. Плеханов. Я соглашаюсь с таким мнением в этих пределах» (стр. 175—176).

 

Плеханов вовсе не брал слова на полном собрании съезда по данному пункту. Гольдблат ссылается на слова Плеханова в программной комиссии, где «право на само­определение» было подробно и популярно разъясняемо в смысле права на отделение. Либер, говоривший после Гольдблата, заметил:

 

«Конечно, если какая-либо национальность не в состоянии жить в пределах России, то ей партия препятствовать не будет» (стр. 176).

 

Читатель видит, что на II съезде партии, принявшем программу, не было двух мнений по вопросу о том, что самоопределение значит «лишь» право на отделение. Даже бундовцы усвоили себе тогда эту истину, и только в наше печальное время продолжающейся контрреволюции и всяческого «отреченства» нашлись смелые своим невеже­ством люди, которые объявили программу «неясной». Но, прежде чем уделять время этим печальным «тоже-социал-демократам», покончим с отношением к программе поляков.

На второй (1903 г.) съезд они пришли с заявлением о необходимости и настоятельности объединения. Но со съезда они ушли, после «неудач» в программной комис­сии, и последним словом их было письменное заявление, напечатанное в протоколах съезда и содержащее приве­денное выше предложение заменить самоопределение культурно-национальной автономией.

В 1906-м году польские марксисты вошли в партию, причем, ни входя в нее, ни единого раза после (ни на съезде 1907 г., ни на конференциях 1907 и 1908 гг., ни на пле­нуме 1910-го года), они не вносили ни одного предложе­ния об изменении § 9-го российской программы!!

Это — факт.

И этот факт доказывает наглядно, вопреки всяким фра­зам и уверениям, что друзья Розы Люксембург сочли исчер­пывающими вопрос прения в программной комиссии II съезда и решение этого съезда, что они молча сознали свою ошибку и исправили ее, когда в 1906 году вошли в партию, после ухода со съезда в 1903 году, ни разу не попытавшись партийным путем поднять вопроса о пере­смотре § 9-го программы.

Статья Розы Люксембург появилась за ее подписью в 1908 году — разумеется, ни единому человеку не при­ходило никогда и в голову отрицать право партийных литераторов на критику программы — и после этой статьи равным образом ни одно официальное учреждение поль­ских марксистов не поднимало вопроса о пересмотре § 9-го,

Поэтому поистине медвежью услугу оказывает неко­торым поклонникам Розы Люксембург Троцкий, когда, от имени редакции «Борьбы», пишет в № 2 (март 1914 г.):

 

...«Польские марксисты считают «право на национальное само­определение» совершенно лишенным политического содержания и подлежащим удалению из программы» (стр. 25).

 

Услужливый Троцкий опаснее врага! Ниоткуда, как из «частных разговоров» (т. е. попросту сплетен, которыми всегда живет Троцкий), он не мог позаимствовать дока­зательств для зачисления «польских марксистов» вообще в сторонников каждой статьи Розы Люксембург. Троцкий выставил «польских марксистов» людьми без чести и со­вести, не умеющими даже уважать свои убеждения и программу своей партии. Услужливый Троцкий!

Когда в 1903 году представители польских марксистов ушли из-за права на самоопределение со II съезда, тогда Троцкий мог сказать, что они считали это право лишен­ным содержания и подлежащим удалению из программы.

Но после этого польские марксисты вошли в партию, имевшую такую программу, и ни разу не внесли предложения о пересмотре ее. (Нам сообщают, что на летнем 1913 г. совещании российских марксистов польские марксисты участвовали только с совещательным голосом и по вопросу о праве на самоопределение (на отделение) не голосовали совсем, высказываясь против такого права вообще. Разумеется, они имели полное право поступать так и агитировать попрежнему в Польше против ее отделения. Но это не совсем то, о чем говорит Троцкий, ибо «удаления из программы» § 9-го польские марксисты не требовали.)

Почему умолчал Троцкий об этих фактах перед чита­телями своего журнала? Только потому, что ему выгодно спекулировать на разжигании разногласий между поль­скими и русскими противниками ликвидаторства и обма­нывать русских рабочих по вопросу о программе.

Никогда еще, ни по одному серьезному вопросу мар­ксизма Троцкий не имел прочных мнений, всегда «пролезая в щель» тех или иных разногласий и перебегая от одной стороны к другой. В данный момент он находится в ком­пании бундовцев и ликвидаторов. Ну, а эти господа с партией не церемонятся.

Вот вам бундовец Либман.

 

«Когда российская социал-демократия» — пишет сей джентль­мен — «15 лет тому назад в своей программе выставила пункт о праве каждой национальности на «самоопределение», то всякий (!!) себя спрашивал; что собственно означает это модное (!!) выражение?

На это ответа не было (!!). Это слово осталось (!!) окруженным туманом. В действительности в то время было трудно рассеять этот туман. Не пришло еще время, чтобы можно было конкретизи­ровать этот пункт — говорили в то время — пусть он теперь оста­нется в тумане (!!), и сама жизнь покажет, какое содержание вложить в этот пункт».

 

Не правда ли, как великолепен этот «мальчик без штанов», издевающийся над партийной программой?

А почему он издевается?

Только потому, что он круглый невежда, который ничему не учился, не почитал даже по истории партии, а просто попал в ликвидаторскую среду, где «принято» ходить нагишом в вопросе о партии и партийности.

У Помяловского бурсак хвастает тем, как он «наплевал в кадушку с капустой». Гг. бундисты пошли вперед. Они выпускают Либманов, чтобы сии джентльмены публично плевали в собственную кадушку. Что было какое-то реше­ние международного конгресса, что на съезде собственной партии двое представителей собственного Бунда обнару­жили (уж на что были «строгие» критики и решительные враги «Искры»!) полную способность понять смысл «само­определения» и даже соглашались с ним, какое дело до всего этого гг. Либманам? И не легче ли будет ликвидировать партию, если «публицисты партии» (не шутите!) будут по-бурсацки обращаться с историей и с программой партии?

Вот вам второй «мальчик без штанов», г. Юркевич из «Дзвiна». Г. Юркевич, вероятно, имел в руках протоколы II съезда, потому что он цитирует слова Плеханова, воспроизведенные Гольдблатом, и обнаруживает знаком­ство с тем, что самоопределение может значить лишь право на отделение. Но это не мешает ему распространять среди украинской мелкой буржуазии клевету про русских марксистов, будто они стоят за «государственную целость» (1913, № 7—8, стр. 83 и др.) России. Конечно, лучшего способа, чем эта клевета, для отчуждения украинской демократии от великорусской гг. Юркевичи придумать не могли. А такое отчуждение лежит по линии всей поли­тики литераторской группы «Дзвiна», проповедующей выделение украинских рабочих в особую национальную организацию!

Группе националистических мещан, раскалывающих пролетариат, — именно такова объективная роль «Дзвiна» — вполне пристало, конечно, распространение без­божной путаницы по национальному вопросу. Само собою разумеется, что гг. Юркевичи и Либманы, — которые «ужасно» обижаются, когда их называют «околопартий­ными»,— ни слова, буквально ни единого словечка не сказали о том, как же они хотели бы решить в про­грамме вопрос о праве на отделение?

Вот вам третий и главный «мальчик без штанов», г. Семковский, который на страницах ликвидаторской газеты перед великорусской публикой «разносит» § 9-ый про­граммы и в то же время заявляет, что он «не разделяет по некоторым соображениям предложения» об исключении этого параграфа!!

Невероятно, но факт.

В августе 1912 г. конференция ликвидаторов офици­ально поднимает национальный вопрос. За полтора года ни единой статьи, кроме статьи г. Семковского, по вопросу о § 9-м. И в этой статье автор опровергает программу, «не разделяя по некоторым (секретная болезнь, что ли?) соображениям» предложения исправить ее!! Можно ру­чаться, что во всем мире нелегко найти примеры подоб­ного оппортунизма и хуже чем оппортунизма, отречения от партии, ликвидации ее.

Каковы доводы Семковского, достаточно показать на одном примере:

 

«Как быть,—-пишет он — если польский пролетариат захочет в рамках одного государства вести совместную борьбу со всем рос­сийским пролетариатом, а реакционные классы польского общества, напротив, захотели бы отделить Польшу от России и собрали бы при референдуме (общем опросе населения) большинство голосов в пользу этого: должны ли бы мы, русские социал-демократы, голосовать в цен­тральном парламенте вместе с нашими польскими товарищами против отделения или, чтобы не нарушать «права на самоопреде­ление», за отделение?» («Новая Рабочая Газета» №71).

 

Отсюда видно, что г. Семковский не понимает даже, о чем речь! Он не подумал, что право на отделение пред­полагает решение вопроса как раз не центральным пар­ламентом, а только парламентом (сеймом, референдумом и т. п.) отделяющейся области.

Детским недоумением, «как быть», если при демократии большинство за реакцию, заслоняется вопрос реальной, настоящей, живой политики, когда и Пуришкевичи и Кокошкины считают преступной даже мысль об отделе­нии! Вероятно, пролетариям всей России надо вести борьбу не с Пуришкевичами и Кокошкиными сегодня, а, минуя их, с реакционными классами Польши!!

И подобный невероятный вздор пишут в органе ликвида­торов, в котором одним из идейных руководителей является г. Л. Мартов. Тот самый Л. Мартов, который составлял проект программы и проводил его в 1903 году, который и позже писал в защиту свободы отделения. Л, Мартов рассуждает теперь, видимо, по правилу:

 

Туда умного не надо,

Вы пошлите-ка Реада,

А я посмотрю.

 

Он посылает Реада-Семковского и позволяет в еже­дневной газете, перед новыми слоями читателей, не зна­ющих нашей программы, извращать ее и путать без конца!

Да, да, ликвидаторство далеко зашло, — от партийности у очень многих даже видных бывших социал-демократов не осталось и следа.

Розу Люксембург, конечно, нельзя приравнивать к Либманам, Юркевичам, Семковским, но тот факт, что именно подобные люди уцепились за ее ошибку, доказы­вает с особенной наглядностью, в какой оппортунизм она впала.
 

 

Категория: Выпуск 4-О САМООПРЕДЕЛЕНИИ ИНАЦИЙ | Добавил: bml (10.12.2007)
Просмотров: 469 | Рейтинг: 0.0/0 |
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Форма входа
Поиск
Друзья сайта























Статистика

Copyright MyCorp © 2018

Бесплатный конструктор сайтов - uCoz